Запишитесь на прием в г. Веспрем (Венгрия) по телефону +36 (30) 2147981схема проезда
За 35+ лет практики в наших центрах уже получили помощь более 40 000 пациентовсо всего мира
Процесс реабилитации тщательно документируется
Мы используем только экологически чистые материалы высшего качества
СРТ разработана нами на основе наук о системах и не имеет аналогов в мировой практике
Для Вас созданы максимально комфортные условия
VIP-персоны доверяют нам свое здоровье, и мы уважаем их конфиденциальность
Наши разработки защищены патентами и торговыми марками
Мы используем профессиональное оборудование и одноразовые покрытия

Поделитесь этой информацией с Вашими друзьями! Это важно для их здоровья!

Submit to DeliciousSubmit to DiggSubmit to FacebookSubmit to Google BookmarksSubmit to StumbleuponSubmit to TechnoratiSubmit to TwitterSubmit to LinkedIn Share on Google+
 

Я буду ходить к вам всю жизнь, так как я врач и понимаю, что организм нужно поддерживать и болезни нужно предупреждать. И я потрясена тем, что это возможно без лекарств.

А.С., 62 года, г. Харьков (Украина), 2012.

31. Гипертония, шум в голове и ушах, приступы учащенного сердцебиения, головокружение, ухудшение зрения у 46-летней женщины

info

Вы просматриваете один из множества практических примеров применения Системной Реконструктивной Терапии. Полный перечень примеров Вы найдете на этой странице.

Подробнее о Системной Реконструктивной Терапии читайте здесь
или выберите интересующий Вас раздел в меню справа >>>

Имя, год рождения. Каталин О., 1951 г.р.

Род занятий. Бухгалтер.

Место проживания. Венгрия, г. Дебрецен.

Период наблюдения. 1997 г.

Жалобы. Постоянная гипертония, сильные боли в спине, шее, плечах, коленях, все тело налито «свинцовой» тяжестью. Очень частые головные боли (почти ежедневно). Шум в голове, в ушах. Частые приступы головокружения и тошноты, усиливающиеся при головных болях (при этом бывает и рвота). В глазах – рези, порой появляется пелена, мешающая четкости зрения. За последние несколько лет острота зрения резко упала. Временами «пропадает» голос, он становится настолько слабым, что трудно разобрать речь. К.О. страдает внезапными приступами озноба, при этом ощущает внутри себя такой резкий холод, что не может сдержать дрожь всего тела, и это заметно окружающим. Иногда пациентку бьет дрожь такой силы, что она не может усидеть на стуле без посторонней помощи.

Такое состояние длится 6 лет, с каждым годом оно ухудшается. Последние 2 года К.О. не работает, находится на иждивении мужа, который и привел ее к нам, так как сам в это время проходил реабилитацию по поводу межпозвонковой грыжи.

Лечение в медицинских учреждениях. Установленный диагноз – гипертония. Никаких других отклонений не выявлено, анализы в норме. Неоднократно лежала в больницах, где проводились курсы инъекций противовоспалительных и обезболивающих препаратов, применялись стероиды. Постоянно лечится амбулаторно, ежедневно принимает много таблеток (от боли, от повышенного давления, от учащенного сердцебиения). К.О. многократно была на водах, занималась лечебной физкультурой, прошла многообразные курсы физиотерапии. Последние 2 года присоединились боли в сердце, постоянная тахикардия (учащенное сердцебиение), пульс 100–120 ударов в минуту, временами бывает и выше (150–160 ударов).

Первичная СРТ‑диагностика. Пациентка с признаками ожирения, вес 96 кг при росте 160 см. Очень слабая, бледная, измученная, голос тихий, хриплый. Прямо сейчас ощущает головную боль, головокружение и тошноту, тело ее периодически мелко дрожит. Давление 200/120, пульс 150 ударов в минуту. Хотя такое давление и сердцебиение являются противопоказаниями для проведения сеансов СРТ, все же мы ее приняли, ведь она проехала 500 км, чтобы попасть на прием, и отпустить ее без помощи мы не могли. Мы посоветовали ей принять таблетки от давления и тахикардии и полежать в кабинете. Таблетки она приняла, но лечь не смогла, из‑за того что в этом положении у нее усиливались головокружение и тошнота. Когда давление снизилось до 170/100, а пульс – до 95 ударов в минуту, мы начали ее диагностировать в положении стоя и сидя.

Тело К.О. было пухлым, раздувшимся и в то же время мягким. Вмес­то полноценных мышц ощущались то «вата», то жидкие отеки, через которые руки проходили насквозь до костей и суставов. Каждое наше прикосновение, даже самое легкое, вызывало у пациентки сильную боль.

Реабилитация. Сеанс длился долго, так как периодически прерывался из‑за приступов головокружения и тошноты у пациентки, а также из‑за боли в местах контакта. К.О. буквально не давала к себе притронуться, стонала от боли, поэтому приходилось проникать в тело постепенно, долго поглаживать мышцы, а потом плавно переходить на АРТ‑прессинг. Этим приемом мы добивались разъединения и фрагментирования единой депозитарной гиперструктуры, в которую превратилось все ее тело. Визуально тело К.О. напоминало взбитую рыхлую подушку. А на ощупь (тактильно) казалось, что весь кожный покров пациентки стал оболочкой, в которую закачали слизистую жидкую субстанцию в таком количестве, что оболочка оказалась раздутой изнутри. Временами казалось, что в некоторых областях тела скопились еще и газообразные включения. Все эти депозитарные включения образовались в организме самой пациентки, очевидно, это были продукты неправильного обмена веществ, выделить которые организм был не в состоянии и своеобразной емкостью для них стали все мышцы тела. Перед нами было состояние ОДА, соответствующее описанному в теоретической части монографии «мягкому панцирю».

Теснимые этими депозитами механически и отравляемые ими химически, мышцы тела видоизменились, органически переродились, атрофировались. Естественно, эта слизистая жидкость накапливалась постепенно и так же постепенно теснила здоровые мышечные клетки, препятствовала их нормальному метаболизму, сдавливала сосуды и нервные окончания, нарушая этим кровообращение и иннервацию не только в мышцах, но и во всем теле в силу системной целостности организма. Это и было причиной повышения давления, нарушений мозгового и коронарного кровообращения. Отсюда возникали и головные боли, и головокружение, и патологически частый пульс. Застойные продукты неправильного метаболизма отравляли организм К.О., из‑за интоксикации возникали приступы изнурительной тошноты, озноб и дрожь во всем теле.

В течение одного сеанса мы глубоко проникли в ткани К.О., не травмируя их. Создавая с помощью АРТ‑прессинга направленное селективное давление на депозитарные включения, мы нарушили их «спаянность», целостность, тем самым создались условия к их рассасыванию и удалению из организма. Здесь же, у нас в кабинете у К.О. прошла головная боль, прекратился шум в голове и ушах, глаза прояснились. Самочувствие женщины настолько улучшилось, что у нее появилась надежда на выздоровление, и она нам сразу же сказала об этом. Через 5 дней К.О. позвонила нам и сообщила, что к нам она больше не придет, поскольку чувствует себя вполне здоровой, ничего у нее больше не болит, и она приступает к работе.

Ее муж посещал нас еще 2 месяца, потому что ему требовалось много сеансов для восстановления тканей и структур позвоночника. Все это время он не уставал рассказывать, как прекрасно себя чувствует его жена, что давление у нее в норме, что ничего у нее не болит, она «прыгает, как козочка», и похудела на 15 кг.

Комментарии. Читателям может показаться, что этот пример описывает какой‑то экстраординарный случай. На самом же деле, это достаточно типичный случай патологического состояния всей мышечной ткани, которое в той или иной степени присутствует у многих людей. При сущест­вующей неблагоприятной экологической обстановке на планете почти у всех современных людей наблюдается нарушение обмена веществ в организме. Не секрет, что уже у большинства детей имеются функциональные нарушения деятельности желудка, печени, поджелудочной железы, кишечника и почек. У многих из них нарушена функция щитовидной железы. То же, но еще в большей степени, хотя бы из‑за естественного процесса старения, наблюдается и у взрослых. Логически понятно, что раз нарушены пищеварительная и выделительная функции, то в организме должны образовываться продукты неправильного обмена, и понятно, что не все они могут быть выведены организмом. Тогда где же они?

Они задерживаются в наших мышцах. Конечно, для того, чтобы назвать их «поименно», обозначить химические формулы этих соединений, нужны длительные лабораторные исследования, но нам достаточно того, что мы ощущаем их присутствие и влияние по изменениям мышечной ткани. Достаточно сказать, что из 40‑а тысяч человек, прошедших через наши руки, не имели этих изменений только несколько десятков человек. Округлим эту цифру до 100, тогда доля людей, имеющих здоровые мышцы, определится цифрой 0.25%. Таким образом, более 99% населения имеет в той или иной степени органическое перерождение мышечной ткани, а это – главный активизирующий фактор системного деструктивного процесса в ОДА.

Следует подчеркнуть, что причиной генерализованного перерождения мышечной ткани могут быть не только эндогенные (образующиеся внутри организма), но и экзогенные, попавшие непосредственно из окружающей среды, агрессивные, повреждающие мышечную ткань агенты. Но каковы бы ни были эти вещества, сам факт наличия такого явления, как генерализованное перерождение мышечной ткани, для нас является бесспорным. Бесспорным потому, что мы ощущаем это патологическое состояние ткани руками и отличаем его от ощущений нормального ее состояния. Бесспорным и реальным для нас оно является еще и потому, что мы теоретически доказали существование этой патологии, умеем ее обращать, пользуясь приемами разработанной нами технологии – сис­темной реконструктивной терапии.

То, что наша пациентка К.О. выздоровела полностью в результате всего одного сеанса СРТ, не говорит, конечно, что все остальные случаи перерождения мышечной ткани так же легко устранимы. Скорее, этот пример – исключение, а не правило. Почему? Потому что, как нет даже двух одинаковых людей, так нет и двух абсолютно идентичных нарушений обмена веществ. Это означает, что в мышцах различных людей находятся различные наборы веществ-депозитов. Кроме того, различны и результаты их влияния.

Правда, имеются и некоторые подмеченные нами закономерности. Например, если детей с раннего возраста закармливают сладостями, то результат типичен (см. пример №12) – дети вырастают анемичными и дистрофичными, очень худыми, весь мышечный слой их тел становится тонким и твердым, кожа прирастает к костям, часто у них возникают грубые деформации ОДА (сколиоз, кифоз). Если у детей нарушена функция почек, то мышцы их по виду кажутся нормальными, а на ощупь очень тверды, имеют «резиновую» плотность. Печально, что этот факт воспринимается и врачами, и самими детьми, и их родителями, как положительный: «Дочка у меня здоровая, сбитая, налитая, не ущипнешь». Такое тело – предмет гордости и у взрослых. Кто эти взрослые? Это те же выросшие дети, плюс взрослые, почки которых стали плохо работать уже позднее.

Худые твердые дети‑сладкоежки, остаются такими же, став уже взрослыми. Многие из них любят хвастаться тем, что никогда не прибавляют в весе, сколько бы они ни ели, и делают опрометчивый вывод из этого: «У меня хороший обмен веществ, я ем, сколько хочу, и не поправляюсь». Обычно им завидуют окружающие, склонные к полноте люди. А завидовать нечему. Эти люди с твердыми мышцами – первые кандидаты на получение грыж межпозвонковых дисков. Твердый «панцирь» из органически перерожденных мышц служит препятствием кровоснабжению всего костного скелета, из‑за этого диски и кости недополучают питание, «сохнут», а в фиброзных кольцах дисков начинают образовываться трещины. Утратившие эластичность мышцы не могут обеспечить весь объем требуемых движений («хороший мышечный корсет» почему‑то (!) не растягивается). И это уже не мышцы, а депозитарные структуры и гиперструктуры. Они создают неправильные, неанатомические нагрузки на позвоночник, которые в один прекрасный момент могут привести к выпадению части разрушенного диска в позвоночный канал со всеми вытекающими из этого последствиями.

Еще один наглядный пример нарушения обмена веществ – это так называемый избыточный вес – еще одна мировая проблема, бич и детей, и взрослых. Почему‑то все считают, что это лишний жир. Врачи говорят об ожирении, советуют таким людям перейти на низкокалорийную диету. Вот и у нашей пациентки К.О. вес был 96 кг, явно избыточный. А что его составляло? Депозитарные включения, продукты неправильного метаболизма, отечные жидкости и слизистые вещества, которые после одного лишь сеанса СРТ бесследно рассосались и перестали препятствовать правильному кровообращению и иннервации. Разве мог бы жир исчезнуть так быстро? Рассосались депозитарные включения (у К.О. в них доминировала жидкостная составляющая) – и исчезла такая тяжелая симптоматика: гипертония, тахикардия, головокружение и головные боли, тошнота и озноб, прекратились и мышечно‑скелетные боли. Да, не всегда СРТ может справиться с генерализованным перерождением мышечной ткани за один сеанс, иногда нужно провести 10, 20 и более таких сеансов. Самое главное, что, в конечном счете, мышечная ткань вернется к нормальному состоянию, что ее органическое перерождение обратимо на любой стадии, и это – залог восстановления здоровья очень тяжелых пациентов.

Какое будущее ожидало К.О., если бы она не попала к нам? Возможно, инсульт, возможно, инфаркт. Кроме того, ее рыхлые на тот момент отложения, по мере накопления, привели бы к «каменной» плотности мышц и, как следствие, к активизации процесса системной деструкции, разрушающего весь организм, следствием которого вполне мог быть и паралич (при грыже межпозвонкового диска), а это – неподвижность и инвалидная коляска.

Сколько же таких людей, у которых «все анализы в норме», а они не могут жить и работать, как К.О.? Многие миллионы. К этой категории относятся и люди с пресловутой «болью в спине», при которой якобы нет никаких специфических изменений в тканях ОДА икоторая из‑за ее неуловимости с помощью всех современных средств медицинской диагностики стала модной проблемой даже на уровне Всемирной организации здравоохранения. Относя ее мнимую неуловимость на счет, чаще всего, надуманной связи мышечно‑скелетной боли со специфическим психичес­ким состоянием своих пациентов, медики всего мира прописывают психотропные препараты людям, которые совершенно в них не нуждаются. Ведь из того, что люди, страдающие, например, депрессией, могут испытывать боли в любой части тела, совсем не следует, что люди, испытывающие мышечно‑скелетные боли, страдают именно депрессией. Эту причинно‑следственную связь необходимо очень тщательно анализировать и диагностировать таких пациентов на наличие развитой степени сис­темной деструкции ОДА.

Занимаясь в течение 30 лет реабилитацией таких пациентов, мы пришли к выводу: «боль в спине» – это боль, возникающая вследствие органического перерождения элементов опорно‑двигательного аппарата в процессе его системной деструкции (самой что ни на есть специфической причины). Это патологическое состояние легко диагностируется человеческими руками, оно обратимо и поддается коррекции. И достигается это не с помощью лекарств, а с помощью методов системной реконструктивной терапии – новой, созданной нами, технологии глубоких проникающих корректирующих воздействий рук на ткани ОДА, целью которых является восстановление его правильного анатомического статуса.

 

Еще практические примеры


Полный перечень практических примеров