Запишитесь на прием в г. Веспрем (Венгрия) по телефону +36 (30) 2147981схема проезда
СРТ разработана нами на основе наук о системах и не имеет аналогов в мировой практике
Наши разработки защищены патентами и торговыми марками
VIP-персоны доверяют нам свое здоровье, и мы уважаем их конфиденциальность
Мы используем только экологически чистые материалы высшего качества
Для Вас созданы максимально комфортные условия
Мы используем профессиональное оборудование и одноразовые покрытия
За 35+ лет практики в наших центрах уже получили помощь более 40 000 пациентовсо всего мира
Процесс реабилитации тщательно документируется

Поделитесь этой информацией с Вашими друзьями! Это важно для их здоровья!

Submit to DeliciousSubmit to DiggSubmit to FacebookSubmit to Google BookmarksSubmit to StumbleuponSubmit to TechnoratiSubmit to TwitterSubmit to LinkedIn Share on Google+
 

Я готовилась к свадьбе и очень комплексовала из-за своего кифоза, ведь предстояло надеть декольтированное платье. Но уже через месяц вашей работы я стала совершенно ровной, похудела и очень посвежела. Свадьба осталась позади, но я часто перебираю свадебные фотографии, любуюсь своей спиной и благодарю судьбу, что она послала мне вас в такой важный момент моей жизни.

Ольга С., 24 года, г. Харьков (Украина), 2009.

Подробнее…

20. «Высохшее» тело бывшего спортсмена

info

Вы просматриваете один из множества практических примеров применения Системной Реконструктивной Терапии. Полный перечень примеров Вы найдете на этой странице.

Подробнее о Системной Реконструктивной Терапии читайте здесь
или выберите интересующий Вас раздел в меню справа >>>

Имя, год рождения. И.Ш., 1958 г.р.

Род занятий. Тренер по тяжелой атлетике.

Место проживания. Россия, г. Москва.

Период наблюдения. 2002–2003 гг.

Жалобы. Работая со спортсменами‑штангистами одной из спортивных школ‑интернатов, мы обратили внимание на их тренера. Обычно штангисты и в молодом, и в зрелом возрасте отличаются сильно развитой мускулатурой рук, ног и мощным торсом. Такие и были ученики, но их тренер, в прошлом известный рекордсмен, обращал на себя внимание тонкостью фигуры. Мышцы его были плоскими, «высохшими», казалось даже, что они вообще отсутствуют, что под кожей ничего нет, бросались в глаза тонкие запястья рук и щиколотки ног. От этого весь человек казался изящным, однако в этом изяществе чувствовалось нездоровье. Он был весь, как засушенный цветок, даже мышечный слой лица и головы был тонким и сухим, на вид, как у старика. Тренер выглядел намного старше своих лет. На здоровье И.Ш. не жаловался, но говорил о слабос­ти, которую он постоянно испытывает, и, что она не позволяет ему самому хоть как‑то поддерживать форму. Он даже не мог заниматься утренней гимнастикой и пробежками, потому что быстро уставал. Мы обещали помочь ему, и он стал посещать наш кабинет.

Лечение в медицинских учреждениях. В течение жизни И.Ш. никогда не лечился. Профессиональные травмы болезнью не считал и стойко их переносил, всегда старался не замечать недомогания, устремляя свое сознание только к победам и рекордам.

Первичная СРТ‑диагностика. Мышцы всего тела соединились в один однородный тонкий твердый слой и плотно облегают скелет, как бы срослись с ним в единое целое. Кисти и стопы обтянуты кожей с таким напряжением, что кажется, что она вот‑вот лопнет и кости выдвинутся наружу. Так же обтянут череп, кожа головы приросла к нему и не имеет свободного движения. Волосяной покров сохранен только местами: на макушке и затылке. Все сухожилия крайне натянуты, особенно в ногах. Походка «скачущая», неровная. Изгибы позвоночника сглажены. Остис­тые отростки едва прощупываются, маленькие, «сухие». Все позвонки сдвинуты друг относительно друга в различных плоскос­тях, кое‑где повернуты вокруг вертикальной оси. Из шейных прощупывается только 7‑й, остальные невозможно определить, из‑за того что «окаменевшие» мышцы шеи это сделать не позволяют. Свобода всех движений резко ограничена, голова поворачивается лишь на 30° в каждую из сторон, а далее с головой поворачивается и туловище. Такой же максимальный угол наклона туловища во фронтальной и сагиттальной плос­костях. Настойчивый опрос обнаружил, что И.Ш. плохо спит, испытывает постоянный шум в ушах, у него снизились возможности зрения и слуха, бывают «стреляющие» головные боли, что он чувствует постоянную боль в мышцах всего тела, а скованность по утрам заставляет делать замысловатые маневры телом, пока, опираясь на руки, он сможет как‑то встать с постели. На вопрос, почему он не жалуется на свое здоровье, И.Ш. ответил: «Ну, это же спорт!» Что же произошло с бывшим спортсменом?

Комментарии. Все спортсмены, стремясь к рекордам, перенапрягают свои мышцы постоянными, часто многочасовыми тренировками. Это препятствует самовосстановлению мышечной ткани, в которой остается остаточное напряжение и задерживаются продукты метаболизма. С каждой новой тренировкой этот негативный процесс усиливается, а потом становится необратимым, и даже длительный отдых и применяемые в спортивной медицине методы не снимают напряжение.

Когда такое состояние длится относительно долго (иногда достаточно даже недели), начинается самоорганизация ОДА вследствие постоянного повышенного тонуса мускулатуры. С целью экономии энергии система управления (СУ) ОДА фиксирует мышцы, находящиеся в гипертонусе, органическим перерождением. Логика СУ такова: если мышца длительно находится в напряженном состоянии, то в этом месте необходимо постоянное статическое усилие. Но мышца для создания этого усилия непрерывно тратит драгоценную энергию организма, запасы которой всегда ограничены и являются критическим ресурсом, поэтому СУ ОДА неуклонно ищет способы ее экономии. В данном случае СУ ОДА изменяет органическую структуру мышцы, делая ее твердой и плотной, таким образом, она выдерживает нагрузку, не тратя на это энергию. С другой стороны, такое приспособление имеет и побочные эффекты – частичную утрату функциональных возможностей мышц.

Таким образом, спортсмен получает эффект, обратный желаемому: вместо увеличения мышечной массы и усиления функциональных возможностей мышц, он получает перерожденные мышцы с частично утраченными возможностями. Парадоксально то, что твердость перерожденных мышц обычно принимается за положительный признак их возросшей крепости, а постоянный отек, являющийся признаком нарушения кровообращения и заставляющий мышцу вздуваться, делает ее рельефной, выпуклой на радость спортсменам и тренерам. Однако они замечают, что результаты не улучшаются, и это заставляет их тренироваться еще усерднее.

Органическая деструкция мышечной ткани приводит к нарушению кровообращения, что уже является общесистемным нарушением не только ОДА, но и всего организма, которое замедляет обменные процессы в мышцах, уменьшая тем самым эффективность их функционирования. Спортсмен начинает тренироваться еще сильнее и вызывает тем самым новый виток системной деструкции, то есть процесс охватывается положительной обратной связью. Если вид спорта такой, что нагрузки имеют преимущественно динамический характер (например, бег, плавание, гимнастика), где сокращение мышц чередуется с расслаблением, влияние положительной обратной связи значительно слабее, чем при занятии теми видами спорта, где имеются существенные статические нагрузки. У штангистов в динамике находятся в основном только руки, а торс и ноги большую часть времени находятся в напряженном статичес­ком состоянии, поэтому у представителей этого вида спорта процесс органического перерождения идет значительно быстрее. Следует здесь упомянуть и о приеме гормональных препаратов, способствующих гипертрофии мышечных волокон, которые дают временное увеличение мышечной силы, но при этом грубо нарушают обмен веществ, и это заставляет спортсменов расплачиваться своим здоровьем за достигнутые победы и рекорды всю оставшуюся жизнь.

Именно это и случилось с И.Ш. За счет гипертрофии мышцы И.Ш. действительно стали более мощными, и он стал рекордсменом страны, но впереди возник «призрак» титула чемпиона мира, и тренировки стали еще напряженнее. Но ни амбиции спортсмена, ни его тренеры, ни гормональные препараты не в силах остановить механизмы самоорганизации ОДА, направленные на снижение энергозатрат организма – закон выживания всего живого. Постоянный гипертонус мускулатуры, возникающий из‑за непрекращающегося остаточного напряжения перегруженных мышц вне зависимости от того, нормальные ли они или гипертрофированные, неизменно фиксировался органическим перерождением мышечной ткани. С процессом органической деструкции вяло боролся процесс самовосстановления организма, который зависел от интенсивности циркуляции крови, она же поддерживалась у И.Ш. за счет постоянной двигательной активности. Таким образом, эти процессы были направлены друг против друга, что привело, в конце концов, к установлению своеобразного динамического равновесия, которое сразу же нарушилось, как только прекратились тренировки.

Кроме того, во время поднятия штанги постоянно возникали неанатомические нагрузки, причем часто очень опасные для сохранения целостности ОДА, так как в ряде случаев они не могли быть уравновешены силой напряженных мышц. Они вызывали смещения элементов ОДА и, как следствие, нарушение устойчивости тела. Чаще всего смещались позвонки поясничного отдела – самого уязвимого места штангистов. В результате резко изменялся тонус мускулатуры, который обычно оставался персистентным и быстро фиксировался органическим перерождением, потому что смещения, фактически, никогда не устранялись (ни обычная, ни спортивная медицина не имеют соответствующих методов устранения этой системной патологии).

К слову сказать, мы были поражены, что внезапные «прострелы» – обычное явление у 14–17‑летних детей, избравших для себя этот вид спорта, в том числе, и у девочек. Забегая вперед, скажем, что, увидев девочек, стонущих и корчащихся от боли в позвоночнике, и их фатальную готовность страдать так и дальше ради спортивных побед, мы постарались побыстрее уйти из этого учреждения. А что же нам оставалось делать? Мы могли им сказать только одно: «Не нужно вам заниматься штангой, не нужно вам расстраивать свой еще неокрепший организм гормонами. Посмотрите на своего тренера, который и сам уже почти инвалид, и вас скоро сделает своим подобием». Мы знали, что этим вызовем недовольство руководства спортивной школы, но все равно, работая с очередной жертвой спортивных достижений, говорили подобные слова, а потом быстро ушли, не дожидаясь, пока нас попросят это сделать за «подрывную деятельность» в дружном, сплоченном спортивном коллективе, который жаждал ни больше, ни меньше, чем олимпийской славы.

Но вернемся к смещениям позвонков. Когда такое случалось, детей водили к «целителю», который лечил методом известного костоправа с помощью «удара в спину». Правда, опыт его работы был настолько велик, что он же «вправлял позвонки» еще и самому тренеру в лучшие годы его жизни. Так что процесс, приведший тренера И.Ш. к полуинвалидному состоянию, мы смогли не только легко ретроспектировать, но и наблюдать в текущем времени, но уже в действии на позвоночники его учеников. Он заключался в нанесении сильного удара по позвоночнику. Затем пациент поднимался дюжими руками «целителя» в воздух и хорошенько встряхивался, чтобы все структуры позвоночника, подобно вареникам в миске, встряхиваемой поваром, сами улеглись «как надо».

Интересно, что этот «народный» метод лечения, скопированный у деревенских костоправов, мануальная медицина интерпретирует по‑дру­гому, утверждая, что при этом ликвидируется ущемление менискоидов истинных межпозвонковых суставов, причем признаком успешного лечения (и поэтому желанным) является слышимый во время манипуляции сухой щелчок «неизвестного происхождения» [8]. Получается интересная ситуация: деревенские деды говорят о «вправлении позвонков», а их коллеги с дипломами – о межпозвонковых суставах. Тем не менее, все знают, что хоть раз появившийся «прострел» преследует человека всю жизнь, несмотря на все «ликвидации». А сейчас, при появлении компьютерной томографии всегда в таких случаях определяются грыжи межпозвонковых дисков, которые появляются в результате процесса системной деструкции, заключающейся в нарастании органических изменений как в позвоночных структурах, так и в связанных с ними мышцах. И ликвидировать их можно лишь в процессе системной реконструкции всего ОДА, который мы описываем в наших примерах неоднократно.

В каждом конкретном случае, в зависимости от профессии человека и связанных с ней ведущих видов перегрузок, а также болезней ОДА и всего организма, травм и микротравм, процесс системной деструкции может запускаться по‑разному, но в силу системных свойств ОДА витки системной деструкции «наматываются» одинаково. Это появление в сис­теме ОДА неанатомических нагрузок, выводящих его из правильного анатомического статуса и приводящих к смещению костных элементов и изменению тонуса связанных с этими элементами мышц – адаптация. Затем следует самоорганизация путем органического перерождения мышечной ткани, затем нарушение кровообращения, иннервации, микроциркуляции и метаболизма тканей как самих задействованных мышц, так и соседних элементов ОДА. Так образуются зоны, включающие в себя патологически измененные элементы – зоны депозитарных структур и гиперструктур, которые вновь приводят к неанатомическим внутренним механическим нагрузкам, и «колесо» системной деструкции начинает набирать обороты, чтобы остановиться только со смертью человека.

В спортивном же варианте И.Ш. этот процесс шел очень быстро, вследствие того что и перегрузка мышц (постоянный гипертонус) приводила к органическим изменениям, и смещения костных элементов при подъеме штанги вызывали такой же гипертонус и органические изменения как в этих же, так и в других группах мышц. Оба эти усиливающие факторы работали в одном направлении. Еще одним фактором было нарушение обмена веществ из‑за применения гормонов. Постоянные активные тренировки стимулировали кровообращение и в какой‑то мере способствовали своевременному выводу продуктов нарушенного метаболизма. Когда же они прекратились, усилился застой крови, и весь мышечный покров И.Ш. превратился в «кашу» из‑за массы депозитарных включений (отеков и всех других компонентов, которыми «богаты» депозитарные структуры и гиперструктуры). С течением времени жидкостные составляющие все-таки рассосались, а осадочные включения окончательно «склеили» все пораженные ткани, начали «душить» здоровые клетки, заставляя их дистрофически изменяться. Твердый «панцирь» из перерожденных тканей сжал скелет И.Ш., преградил дорогу крови к костям, они начали терять воду, «высыхать». Дегенеративно‑дистрофичес­кий процесс охватил все тело целиком, тренер стал «сохнуть», как цветок, не получающий ни капли влаги. Отвердевшее тело не давало совершать элементарные движения, причиняло боль и все больше и больше «высыхало». И.Ш. в дальнейшем стал бы таким, как Юра П. из примера №12. они внешне были похожи, так как оба нарушили себе обмен веществ: И.Ш. гормональным «питанием», а Юра П. – сахарным. Оба, и старый, и молодой, «ссыхались» на глазах.

Реабилитация. Реабилитация ОДА И.Ш. производилась подобно реабилитации Юры П.: началась она с активизирования кровообращения, которое «оживляло» оставшиеся жизнеспособными клетки. Нужно было заставить общие депозитарные гиперструктуры, в которые превратились их тела, сначала «набухнуть», как размачиваемый сухарь, а потом очистить входящие в них ткани от продуктов неправильного метаболизма, дать возможность крови свободно протекать внутрь. При этом происходило восстановление тканей ОДА силами организма пациента. Наша же задача была – инициировать и контролировать этот процесс с помощью СРТ, и по мере восстановления отдельных элементов пошагово репозиционировать их на анатомически правильные места, направляя и чередуя оба эти действия и учитывая их влияние на устойчивость всего тела.

Конец этих двух историй различен. У Юры – счастливый, а у И.Ш. – не совсем, потому что с ним нужно было работать несколько лет, а этому помешала наша территориальная разобщенность. Мы не смогли выполнить свою работу на 100%, а сделали ее только на 70%, правда, тренер прислал нам письмо (в 2005 году), в котором пишет, что ему стало намного лучше, что он поправился на 10 кг и понемногу тренирует мышцы, естественно, к штанге он больше не подходит. Такое длительное последействие характерно для СРТ. После коррекции анатомического статуса ОДА с помощью СРТ организм получает большие возможности и время для восстановления утраченных или ограниченных функций.

 

Еще практические примеры


Полный перечень практических примеров