Запишитесь на прием в г. Веспрем (Венгрия) по телефону +36 (30) 2147981схема проезда
Мы используем профессиональное оборудование и одноразовые покрытия
Мы используем только экологически чистые материалы высшего качества
СРТ разработана нами на основе наук о системах и не имеет аналогов в мировой практике
Наши разработки защищены патентами и торговыми марками
Для Вас созданы максимально комфортные условия
За 35+ лет практики в наших центрах уже получили помощь более 40 000 пациентовсо всего мира
Процесс реабилитации тщательно документируется
VIP-персоны доверяют нам свое здоровье, и мы уважаем их конфиденциальность

Поделитесь этой информацией с Вашими друзьями! Это важно для их здоровья!

Submit to DeliciousSubmit to DiggSubmit to FacebookSubmit to Google BookmarksSubmit to StumbleuponSubmit to TechnoratiSubmit to TwitterSubmit to LinkedIn Share on Google+
 

Вы сделали счастливой мою дочь, исправив сильное искривление ног. Никто не брался за нее: ни врачи, ни целители. Все они объясняли это тем, что у взрослого человека такое невозможно исправить. Но вы ведь сделали!

Р.Б., 53 года (дочери 32 года), г. Будапешт (Венгрия), 2010.

25. Мышечная дистрофия в раннем детском возрасте

info

Вы просматриваете один из множества практических примеров применения Системной Реконструктивной Терапии. Полный перечень примеров Вы найдете на этой странице.

Подробнее о Системной Реконструктивной Терапии читайте здесь
или выберите интересующий Вас раздел в меню справа >>>

Имя, год рождения. Пишта С., 1999 г.р. thumb article2005-04

Род занятий. Ребенок.

Место проживания. Венгрия, г. Будапешт.

Период наблюдения. 2002–2004 гг.

Жалобы. Несмотря на то, что Пиште уже 3 года, он не только не ходит, а даже не ползает и не держит голову. Кроме того, мальчик не разговаривает.

Лечение в медицинских учреждениях. С самого рождения Пишту подвергали различным обследованиям и диагностике во многих лечебных учреждениях Венгрии. По словам матери, врачи не могут установить диагноз, объясняющий столь странное состояние ребенка. В справке, которую она нам показала, значилось только, что у ребенка дистрофия мышц. Опять же со слов матери, ребенка усиленно лечат медикаментозно, постоянно делают массаж – улучшений не было.

Первичная СРТ‑диагностика. Мальчик очень худой, немощный. Голова необычной формы, продолговатая, с расширенной лобной частью. Грудная клетка спереди имеет вид воронки, у ребенка явный рахит, но родители отрицают это, ссылаясь на мнение врачей. Ребенок постоянно лежит. С рождения он никогда не держал голову, не переворачивался на живот, не ползал, не сидел и, тем более, не стоял, но руками и ногами двигает нормально. Сильное косоглазие. Несмотря на возраст, он не говорит ни одного слова. Все мышцы тела вялые, мягкие, наполнены непонятной слизистой массой. При попытке их промять руки проходят сквозь них, как сквозь жидкую глину. Стопа одной ноги скрючена и вывернута наружу.

Реабилитация. Ребенка приносили к нам 1 раз в две недели. Мы попросили родителей вести дневник, где они фиксировали все изменения, происходящие после каждого сеанса СРТ. Приводим описание динамики улучшений на основании этих записей.

После первого сеанса изменилась форма стопы, она расправилась и заняла правильную позицию. Пишта стал активнее, уже держит голову, пытается перевернуться на живот, пытается сесть.

После второго сеанса мальчик стал просить жестами поставить его на ноги, после чего, опираясь о перила кроватки, сделал несколько шагов. К концу второй недели после сеанса ребенок уже мог сделать несколько шагов самостоятельно.

После четвертого сеанса у ребенка появился аппетит, прибавились силы. За эти 2 месяца он поправился на 4 кг. Повторяет за мамой некоторые слова, самостоятельно ходит. Косоглазие исчезло, грудная клетка выровнялась.

Пишта получил всего 5 сеансов СРТ. Потом его перестали приводить.

Через год Пишта с родителями пришел на контрольный сеанс. Мальчик активный, улыбается, шалит и вертится, как все дети в его возрасте. Особенно нас поразило то, что Пишта не только хорошо говорит, но и логично излагает свои мысли, что свидетельствует о нормальности умственного развития и психики ребенка. Родители жалоб на его здоровье не предъявляли.

Комментарии. Этот экстраординарный случай демонстрирует поразительную эффективность нашей технологии СРТ при самых тяжелых и этиологически необъяснимых случаях поражения ОДА. Почему необъяснимых? Для нас это было так, потому что так утверждали родители больного ребенка. Но нам кажется, что они умышленно скрыли диагноз. Поскольку люди знают, что мы не принимаем пациентов с тяжелой патологией нервной системы без письменных заключений авторитетных специалистов, они обычно заявляют, что их обследовали, но ничего не нашли, а поэтому нет и письменного заключения. Мы их отсылаем и снова говорим, чтобы они принесли заключение, рентгеновские снимки, прошли ультразвуковую диагностику, компьютерную томографию. Далее, они снова возвращаются и говорят: «Мы просили, но врач сказал, что в обследовании нет необходимости».

С другой стороны, зная, что мы можем восстанавливать здоровье самым тяжелым пациентам, люди очень хотят попасть на прием, но боятся, что мы не станем их принимать, принеси они такое заключение, как, например, «детский церебральный паралич». Именно из‑за такого «обмана», мы впервые выяснили сами для себя, что можем ликвидировать грыжи межпозвонковых дисков. Люди сами заметили это, делая компьютерную томографию до и после сеансов СРТ. Слух об этом стал распространяться, но, зная, что мы в то время еще отказывались принимать людей с грыжами межпозвонковых дисков, некоторые посетители стали скрывать диагноз, говорили, что у них простое люмбаго. В основном люди выздоравливали и просто уходили, но некоторые признавались в том, что скрыли истинный диагноз, и потом приносили нам документальные подтверждения того, что межпозвонковая грыжа исчезла.

Мы, конечно, подозревали о наличии межпозвонковых грыж по характеру боли и выраженной симптоматике. Но, поскольку методы СРТ иногда могут не помочь, но никогда не могут навредить, так как не включают в себя никаких силовых манипуляций, тракций и т.п., мы стали брать все более и более тяжелых пациентов и постепенно убедились, что с помощью СРТ можно достичь эффекта в самых, казалось бы, безнадежных случаях.

Но вернемся к случаю с Пиштой. Мы думаем, что у него была какая‑то разновидность детского церебрального паралича (ДЦП), к которому присоединились рахит и дистрофия мышц. На эту мысль нас наводят слишком очевидные симптомы: молчание ребенка, трехлетняя неподвижность, косоглазие, спастичность и контрактура в одной из стоп, резкое изменение мышечного тонуса всей мускулатуры. ДЦП – еще далеко не полностью изученная патология, возможно, это была одна из его легких форм. В то же время, современными методами диагностики это легко определяется. Как могли врачи пропус­тить такую тяжелую патологию? Но оставим этот вопрос на совести родителей Пишты С. Обрадованные столь быстрым улучшением, они повели себя более чем странно: приняли 5 сеансов и исчезли. Безразлично, знали они или не знали о вероятности ДЦП, в любом случае, пережив трехлетнюю неподвижность ребенка им нужно было не выходить из нашего кабинета в течение нескольких лет, как сделали бы многие другие, если бы им так повезло. Мы говорим об этом, потому что на контрольном сеансе нам не очень понравилась осанка ребенка, что‑то в ней напоминало осанку больных ДЦП. Это было и ножницеобразное положение ног (но не сильно выраженное), на это указывало и положение расставленных рук, как будто ребенок пытается с их помощью удержать равновесие. Главное то, что мы смогли не допус­тить его пожизненной неподвижности, а быть ли ребенку до конца здоровым, должны решать его родители.

Этот пример наглядно демонстрирует взаимосвязь анатомического статуса ОДА с кровообращением и иннервацией всего организма. Известно, что структурные деформации скелета у больных ДЦП появляются не сразу после рождения, а возникают в процессе роста в результате нарушения мышечного тонуса. В свою очередь, мышечный тонус нарушается в результате неправильной иннервации, то есть нарушений в работе системы управления. По‑видимому, к ДЦП сразу же присоединилась дистрофия всех мышц, которая развилась в результате рахита. Дистрофия – это патологический процесс, в результате которого в тканях скапливаются количественно и качественно измененные продукты обмена [6]. Когда с помощью АРТ‑прессинга мы активизировали кровообращение во всем теле, эти продукты были удалены из организма, а значит, они перестали быть механической преградой на путях нервной и сосудистой проводимости, в результате чего нормализовалось кровообращение, микроциркуляция и иннервация этих тканей. Также прекратилось токсичное влияние депозитов, в первую очередь, на мозг и другие жизненно важные органы и системы организма.

Наука еще очень мало знает о роли здоровья мышц в общем здоровье организма, но подобные примеры говорят о том, что она очень велика и многообразна. Мы восстановили мышцы Пишты – и «ожил» весь организм. Эту закономерность мы неоднократно наблюдали у наших пациентов, но то, что это может иметь такой грандиозный эффект при ДЦП (неизлечимой, с точки зрения медицины, патологии), мы не подозревали.

Если же у Пишты все‑таки не было ДЦП, то можно допустить, что первопричиной неподвижности ребенка была крайняя степень мышечной дистрофии, возможно, возникшая еще во время внутриутробной фазы развития. Мозг же его в целом был здоров, но очень угнетен токсичными депозитарными включениями – продуктами неправильного обмена. Тогда, опять же, на этом случае мы практически прочувствовали взаимовлияние состояния мускулатуры, нервной и сердечно‑сосудистой систем в таком раннем периоде, когда идет формирование организма. Оказывается, нарушение обмена веществ в мышцах новорожденного может вызывать интоксикацию всего организма и тотально подавлять его жизнедеятельность.

У Пишты был редкий, крайний случай мышечной дистрофии, патологически острый процесс, отяжеленный рахитом. Но и у многих людей, считающихся здоровыми, особенно у современных детей, мышцы бывают буквально «забиты» продуктами неправильного обмена, причины которого кроются в неправильном питании, гиподинамии, неблагоприятной экологической обстановке. Во многих случаях это приводит к генерализованному перерождению всей мышечной ткани, с чем мы часто сталкиваемся в нашей работе. В таких случаях только СРТ может поддерживать нормальное состояние организма, периодически удаляя депозитарные включения и активизируя кровообращение. И в этом аспекте мы считаем ее незаменимой.

 

Еще практические примеры


Полный перечень практических примеров